Монолог рождественской открытки

05.01.2020

8544343002-2.jpg

В предрождественские дни, когда сердце наполняется светлой радостью чудесного праздника, хочется поделиться ею со своими родными и близкими, друзьями и знакомыми, выразив им свои самые искренние и добрые чувства. С давних времён сделать это помогала людям открытка. Привычно получая её в подарок или даря другим, мы обычно не задумываемся о том, когда она появилась, какой она была, и кто участвовал в её создании. Кажется, открытка была всегда так же, как и мы. И хотя предметы не разговаривают, попытаемся послушать историю её появления в России из уст самой рождественской открытки, на мгновение представив себя детьми. Рождество же!


Появление на свет

«Родилась» я в XIX веке от Рождества Христова, в первый день января 1872 года, в Российском почтовом ведомстве. Назвали меня открытым письмом, иллюстраций на мне тогда не было, «наряд» мой был предельно прост: на одной стороне писался адрес, а на другой – текст. Принадлежу я к древнему старинному роду, корни которого находятся в Европе.

 

Российская семья

Шло время, постепенно разрасталась и российская ветвь нашей фамилии. А было это так… 18 октября 1894 года министр внутренних дел господин Тимашёв подписал распоряжение, разрешающее издавать открытые письма частным издателям. Таким образом, наша семья значительно увеличилась.

95543432423.jpeg

А через четыре года после этого в Санкт-Петербурге произошло ещё одно знаменательное событие: в общине святой Евгении появилась наша первая иллюстрированная родственница, которую стали называть не открытым письмом, а коротко – «открыткой». Санкт-Петербургский попечительский комитет о сёстрах Красного Креста решил тогда выпустить с благотворительной целью не совсем обычные открытые письма. Одна сторона письма оставалась неизменной, а с лицевой предполагалось поместить иллюстрацию, и не просто какую-нибудь картинку, а акварельный рисунок, выполненный петербургскими художниками. 

Эскизы для первых четырёх открыток рисовал известный живописец Николай Каразин. Его рисунки были посвящены жизни русской деревни. Кроме сюжетов на крестьянские темы художник предложил использовать в качестве иллюстрации зимний пейзаж. Так появилась видовая (пейзажная) открытка, которая не утратила своей популярности и до сих пор.

На всех четырех открытках художником было изображено зимнее время года, поэтому они ещё стали и прообразом первых новогодних открыток. Хотя строгого деления между рождественскими и новогодними открытками тогда не было. До 1 января 1918 года XX века празднование Рождества приходилось на 25 декабря, поэтому для поздравления использовали открытки как с рождественским сюжетом, так и просто зимним. Впоследствии новогодняя открытка получила своё дальнейшее развитие и «выросла» из видовой в сюжетную. Но это несколько другая история.

А пока вернёмся в 1898 год XIX века. В общине святой Евгении к Рождеству Христову попечители выпустили ещё одну серию цветных иллюстрированных открыток. Открывало её открытое письмо с рисунком художницы Елизаветы Меркурьевны Бём под названием «Сердце сердцу весть подаёт». Успех, надо сказать, был небывалый! Открытки быстро закончились, тираж пришлось допечатывать, а составлял он первоначально 10 тысяч экземпляров каждой из десяти открыток(!), несмотря на то, что далеко не всем была доступна такая рождественская весточка.

Стоили открытки тогда недёшево, по ним даже можно было судить о социальной принадлежности людей. Почтовые иллюстрированные карточки берегли, украшали ими комнаты и предметы интерьера, делали из них шкатулки, учили по ним детей азбуке. В общем, использовали их творчески, как кому подсказывала фантазия.

465454343545.jpg

Надо заметить, что открытка несла не только весточку от близких, но и давала возможность познакомиться с современной живописью. Для открыток рисовали эскизы В. Васнецов, А. Бенуа, М. Нестеров, И. Репин, К. Маковский, Е. Бём и другие. Все имена трудно перечислить. Очень многие художники охотно помогали полиграфическому издательству общины святой Евгении. Благодаря общим стараниям издателей общины, живописцев и благотворителей эти открытки выгодно отличались от всех остальных, даже от своих заграничных аналогов. Их отличало не только высокое полиграфическое качество, но и художественный уровень.

35323.jpg

Это уже были не просто лубочные картинки, а маленькие шедевры искусства. В художественную коллекцию издательства они попадали посредством тематических конкурсов, которые часто объявлялись издателями. В результате этих конкурсов издательство становилось собственником множества оригинальных рисунков художников, среди которых несколько сотен эскизов имели несомненную художественную ценность.

Далеко не все из них дошли до нашего времени. Многие из них были проданы на распродажах. Например, весной 1905 года община объявила о распродаже 145 рисунков со своего петербургского склада и 46 – с московского, и об их дальнейшей судьбе нам ничего уже неизвестно. Но, несмотря на то, что были утрачены оригиналы тех рисунков, копии шедевров сохранились в открытках, изданных, в том числе, и общиной святой Евгении.

Самое большое количество открыток, изданных этой общиной, принадлежит кисти Елизаветы Бём. Её открытки пользовались особой любовью и популярностью у современников. Художнице удалось создать совершенно новый вид открытки – сюжетно-обучающий. Ярким примером этому является целая серия открытых писем, посвящённая старославянской азбуке. Комплект красочных открыток был похож на своеобразный маленький букварь.

Обучающими были не только открытки с азбукой. Талантливая художница, любимая ученица Николая Ивановича Крамского, Елизавета Меркурьевна подбирала подходящие сюжеты и для поздравлений, беря за основу русские народные пословицы, поговорки, сказки, загадки, шутки и прибаутки. Больше всего её интересовала тема крестьянского быта. Излюбленным приёмом художницы было изображение сюжетных сцен с детьми в русских национальных костюмах, как крестьянских, так и дворянских. Открытки с иллюстрациями Бём всегда безошибочно узнавались среди множества других.

943231211.jpg

Безусловно, они не могли не нравиться, прежде всего, тем, кто на них был изображён, – маленьким детям.

 

Белоснежный Ангел

Рождественская сказка для взрослых

Эта история произошла очень давно в одном уездном городишке, назовём его по традиции литерой N. На Купеческой улице в подвале двухэтажного особняка в крохотной комнатушке жила маленькая девочка. Кроме неё там ютились мама, папа, три младшие сестрёнки и братишка. В комнате почти всегда было темно и сыро, и девочка с радостью пользовалась любой возможностью попасть на свет Божий.

Вот и сейчас, подвязавшись потуже платком, она вылезла по скользкой, шаткой деревянной лестнице со скрипучими ступеньками из своего полутёмного подвала и застыла от изумления. С неба пушистыми хлопьями падал снег. Для неё он всегда был настоящим чудом – так редко она его видела. Девочка сложила ладошки пригоршней и, почти не дыша, следила, как садятся к ней в ладони пушистые белоснежные снежинки. Вдоволь налюбовавшись нежными узорчатыми снежинками, она приблизила ладони к лицу и вдохнула носом так, как наслаждаются ароматом цветов.

– И чем пахнет снег? – прямо над ней раздался чей-то голос.

Девочка вздрогнула и, горько вздохнув, неохотно посмотрела вверх. Так и есть: на огромной берёзе сидел Петька, сын приказчика. Размахивая длинной палкой, он пытался сбить сосульку с лепного карниза второго этажа. Девочке показалось, что он слишком давно воюет с сосулькой, и ему это занятие изрядно надоело. Обрадовавшись хотя бы одной живой душе во дворе, Петька проворно отбросил палку и пополз по ветке к стволу дерева. Девочка, не дожидаясь того, что будет дальше, как заяц, промелькнула по двору, юркнув в заветную дыру в заборе.

Петьку она опасалась: мальчишка постоянно её дразнил, а иногда даже и дёргал за косички. Его многие во дворе не любили, он всегда хвастался и задавался – конечно, он же сын приказчика. А игрушки у него были такие, какие она лишь иногда видела в витринах магазинов на соседней улице. И ещё он часто появлялся во дворе с леденцом на палочке и ни с кем никогда не делился.

Но сейчас, оказавшись на Большой улице города, девочка уже совершенно забыла о Петьке, она с интересом разглядывала прохожих. Среди уличной пестроты и шума её внимание привлекла красавица в розовом пальто, подбитом чернобуркой, с белым кружевным зонтиком. Пожалуй, больше всего девочку занимал зонтик, и она, чтобы получше его рассмотреть, поплелась за незнакомкой.

Красавица неторопливо вышагивала под руку с тучной дамой, запрятанной с головы до ног в какой-то пушистый мех, который делал её ещё объёмней. На шляпке этой дамы смешно покачивался атласный бантик, словно считал её шаги. Бантик был очень милым, забавным и даже озорным, по крайней мере, он таким казался девочке, и ей хотелось улыбаться и весело подпрыгивать в такт ему. Но белоснежные поля зонтика с цветочными узорами нравились ей больше, к тому же пушинки лёгкого снега, плавно падающего с неба, напоминали ей бабочек, порхающих сверху вниз. Красавица время от времени встряхивала зонтик, и снежинки летели с него, летели… и даже один раз попали девочке на ресницы, чем очень рассмешили её. После этого девочка уже не сводила глаз с зонтика и наблюдала за кружащимися «бабочками»- снежинками, изредка улыбаясь этому маленькому для неё чуду.

– Маман, – прощебетала красавица, – как Вам Мишель? Не кажется ли Вам, что он такой душка? Вчера в гостиной у Лизе́ он написал мне в альбом стихотворение и нарисовал такую прекрасную розу. Он очень мил, очень мил… И к тому же он очень неплохо вальсирует и играет на фортепьянах.

Девочка пыталась сначала вслушиваться в разговор этих загадочно-роскошных дам, но ничего не могла понять. Нет, она, конечно, понимала отдельные слова, но ей был не ясен их общий смысл, казалось, будто они разговаривают на каком-то совершенно чужом ей языке.

Хотя долго задумываться над непонятными фразами девочке не пришлось: дорога дальше делилась надвое. Дамы продефилировали прямо, а девочка, вздохнув, – очень уж не хотелось расставаться с чудесным зонтиком, – повернула к торговым рядам. Но прежде чем исполнить мамино поручение, она решила на минуточку заглянуть в «волшебную» лавку, – так называла она её про себя. Конечно, в сам магазин девочка не решалась зайти, она только подходила к витринному окну и забывала про всё на свете. Разные фотографические открытки и почтовые карточки притягивали её взгляд, будили её воображение, и она даже путешествовала вместе с ними по другим городам и странам, так ей казалось, а может, очень хотелось.

А ещё она очень любила разговаривать с маленьким сгорбленным старичком. Он сидел всегда здесь у крылечка волшебного магазинчика, прохожие иногда подавали ему монетки. Старичок и девочка давно приметили друг друга, девочка подходила к нему и каждый раз говорила одну и ту же фразу: «Не холодно ли Вам, дедушка?», а старичок в ответ трогательно и смешно хлюпал носом и тёр большой заскорузлой ладонью глаза. Наверное, кроме девочки ему давно уже никто не говорил ничего подобного, но девочка об этом не знала и продолжала по-детски наивно задавать ему свой один и тот же вопрос.

В такие минуты сердце старика размягчалось, и, поманив рукой девочку поближе, он начинал ей рассказывать разные истории и сказки, а иногда дедушка тихонечко пел для неё песни. Почему-то они всегда были очень грустные, у девочки из глаз падали слезинки, а старичок гладил её по голове и всегда приговаривал: «Доброе у тебя сердце, доброе у тебя сердце…».

Он часто рассказывал ей, как ходил к преподобному Сергию в Лавру, о чудесах, которые происходят у мощей святого, о долгой дороге и попутчиках. Всю эту историю девочка знала наизусть, но каждый раз с интересом слушала, как будто в первый раз.

А потом они вместе смотрели через витрину на картинки-открытки, и он опять рассказывал ей, но уже о том, что было изображено на них, и читал подписи, шутки и прибаутки, написанные на некоторых открытках, а девочка старалась запомнить услышанное.

4643324.jpgВ отличие от неё, дедушка умел читать. Однажды он палочкой на земле нацарапал какие-то знаки, пытаясь учить её грамоте. Девочка запомнила только букву «Аз». С тех пор урок больше не повторялся. Не часто могла она приходить сюда, слишком далеко это местечко было от её дома. Да и мама сильно бранила её за долгие отлучки, хотя, когда девочка оказывалась здесь, она забывала обо всём, не чувствовала холода и голода, и даже аппетитный запах, доносившейся из булочной, совершенно не смущал её. В эти редкие для неё мгновения она не замечала никого и ничего, здесь для неё существовали только старичок и дивные картинки.

Среди множества почтовых карточек ей очень нравилась одна: на ней был изображён белокрылый Ангел и буква «Аз» – та единственная буква, которую она запомнила. Девочке очень нравился Ангел, она назубок знала всё, что написано на открытке. Как только диковинная карточка появилась в витрине, дедушка прочитал все надписи, а девочка запомнила и часто шептала: «Всяких мя напастей слободи и от печалей спаси, молюся ти…». Ей даже казалось, что этот белокрылый Ангел иногда прилетает к ним подвальчик и беззвучно стоит в углу на соломе, у её изголовья, но почему-то, кроме неё, никто больше Ангела не замечает, а все подсмеиваются над ней.

Девочке очень хотелось иметь эту открытку, принести домой хотя бы на несколько минуточек и показать домашним: «Вот он, мой Ангел! Он есть, он существует!» Но это всего лишь мечта, которая никогда не сбудется. Хотя дедушка говорил, что если очень сильно хотеть, то желание может исполниться – главное, в это верить.

На полпути к «волшебной» лавке девочка ловко «ныряет» на Базарной площади в очередь к часовне и растворяется в ней. Пробравшись поближе к дверям, прицепляется к розовощёкой тётеньке в тулупе с пищащим свёртком на руках и шепчет заветное: «… всяких мя напастей слободи…» Впереди, уже совсем близко, видна чудотворная икона, и чья-то рука подталкивает её вперёд, девочка облегченно выдыхает и радуется, вроде бы её опять не заметили в толпе, никто не ругался, что она лезет без очереди. В поклоне склоняется она перед иконой и с жаром обращается: «Матушка Богородица, завтра такой праздник, все будут дарить друг другу подарки… Но Ты же знаешь … Нам ничего никто не подарит, а я так хотела иметь ту карточку с Ангелом. Прошу…» Тут девочку толкнули: «Поживее, поживее!» – донёсся до неё чей-то голос, просьба осталась недосказанной. Девочка успела только поцеловать краешек киота – до иконы она пока не дотягивалась даже на носочках.

В одно мгновенье толпа вынесла её на улицу. Так же, кружась, падали хлопья снега, доносились призывные крики со стороны торговых рядов, медленно двигалась вереница людей к дверям часовни, но ей казалось: что-то изменилось вокруг, она вдруг почувствовала радость приближающегося праздника. Глубоко вдохнув свежего, немного морозного воздуха, девочка побежала на встречу к чудесным открыткам и старичку. Тот, заметив ее издали, торопливо встал и проворно стал взбираться по крутым ступеням к дверям лавки, так что девочка не успела произнести своё обычное приветствие и осталась в растерянности стоять у ступенек.

– Ты только не уходи, – обернувшись, сказал ей дедушка, – я сейчас, мигом, – и скрылся за тяжелой дверью магазина.

Девочка медленно подошла к витрине и, как всегда, стала разглядывать картинки. Среди очень знакомых ей почтовых карточек она заметила несколько новых, рождественско-новогодних. На них были изображены такие же, как и она, маленькие дети, и ещё что-то написано. Девочка им улыбнулась и вдруг неожиданно для себя обнаружила: на месте, где всегда находился её белоснежный Ангел, красуется барышня в расписном кокошнике. Конечно, что и говорить, барышня была прехорошенькая, но девочке она не понравилась. «Зачем она заняла место Ангела, моего белоснежного Ангела? – наморщив лобик, думала девчушка.

Со времени, как карточка с Ангелом появилась в этой витрине, девочка сразу же стала считать его своим, почему, она и сама не знала, а только часто повторяла: «Мой белоснежный Ангел». Но, кроме дедушки, об этом никто не знал. Сейчас слёзы катились по её щекам, на душе становилось всё тяжелее и тяжелее. В этот момент она уже и не желала иметь эту открытку, ей очень хотелось только одного – чтобы карточка опять появилась здесь, в витрине, и она могла хотя бы изредка любоваться ею.

Звук распахнувшейся двери магазина прервал её мысли, на крыльце показался дедушка и помахал ей рукой. Девочка, подумав, что он нуждается в помощи, тотчас вскарабкалась по скользким ступенькам и, ухватив старичка под руку, осторожно повела вниз. Спустившись, старичок сел на своё место, немного отдохнул, посмотрел на девочку и, как будто что-то вспомнив, полез за пазуху. Бережно вынув какой-то свёрток, протянул его девочке.

– Мне?! – прошептала она и почему-то спрятала руки за спину.

– Ты же всегда хотела, – взволнованно и глухо произнёс старик, – неужели я ошибся?

Девочка взяла свёрток и осторожно стала разворачивать бумагу. Сердце тихонечко забилось, щёки покраснели, дыхание сбилось, перед ней на ладони лежала почтовая карточка, а с неё смотрел белоснежный Ангел – её Ангел.

Девочке даже было трудно радоваться, она была просто ошеломлена. Ей казалось, что это всего лишь сон, красивый, добрый сон, она не могла поверить в происходящее. Так же тихо падал снег, совсем рядом слышались окрики с торговых рядов. Поглаживая седую бороду, сидел дедушка и чему-то кротко улыбался.

*

С того дня прошло много лет. Многое поменялось за это время на белом свете. Девочка давно выросла и стала медицинской сестрой. Очень изменился и городок, в котором она провела своё детство. Много всего довелось ей пережить в своей жизни, и когда ей было особенно горько, она вспоминала старичка с кроткой улыбкой, белоснежного Ангела, которого возила всегда с собой, и от этих детских воспоминаний ей становилось тепло и радостно. Горе тут же отступало, или она его уже просто не ощущала – детская радость грела сердце.

Елена СЕРГЕЕВА

Публикация журнала «Тамбовские епархиальные ведомости»


Как помочь нашему проекту?

Если вам нравится наша работа, мы будем благодарны вашим пожертвованиям. Они позволят нам развиваться и запускать новые проекты в рамках портала "Приходы". Взносы можно перечислять несколькими способами:

Yandex money Яндекс-деньги: 41001232468041
Webmoney money Webmoney: R287462773558
Банковская карта
       4261 0126 7191 6030

Также можно перечислить на реквизиты:

Автономная некоммерческая организация «Делай благо»
Свидетельство о регистрации юридического лица №1137799022778 от 16 декабря 2013 года
ИНН – 7718749261
КПП – 771801001
ОГРН 1137799022778
р/с №40703810002860000006
в ОАО «Альфа-Банк» (ИНН 7728168971 ОГРН 1027700067328 БИК 044525593 корреспондентский счет №30101810200000000593 в ОПЕРУ МОСКВА)
Адрес: 107553 Москва, ул. Б. Черкизовская д.17
Тел. (499) 161-81-82,  (499) 161-20-25

В переводе указать "пожертвование на уставную деятельность".

Если при совершении перевода вы укажите свои имена, они будут поминаться в храме пророка Илии в Черкизове.